Не меньше 15-20 банков покинут рынок в ближайшие 2 года — igryzombie.ru

МОСКВА, 14 янв — ПРАЙМ, Анастасия Сапрыкина. Прошедший год преподнес России много неприятных сюрпризов: произошло падение ВВП, резко упала стоимость нефти, а рубль ослаб. О том, как будет развиваться ситуация в экономике страны в наступившем году, чего ждать от курса рубля, насколько вырастут цены на товары и продукты, к чему может привести «миграция» граждан на фондовый рынок и чего точно не произойдет в 2021 году, рассказал в интервью агентству «Прайм» гендиректор рейтингового агентства «Эксперт РА» Сергей Тищенко.

— Ковидный год для российской экономики был полон неприятностей. Какие у вас ожидания по росту ВВП по итогам 2020 года? Как отразилась на процессе восстановления вторая волна пандемии?

— Если в третьем квартале 2020 года российская экономика относительно быстро восстанавливалась после весеннего шока вслед за улучшениями в мировой экономике и благодаря увеличению бюджетных расходов, то четвертый квартал разочаровал. Мы ожидаем по итогам года падения ВВП на 3,8% с сокращением реальных доходов населения примерно на 2%, причем с существенным ударом по сфере услуг. 

Вторая волна пандемии остановила восстановление, и без новых крупных бюджетных вливаний не обойтись. Именно поэтому мы считаем слишком быструю бюджетную консолидацию опасной для экономики и, в долгосрочном перспективе, для самого бюджета. Низкий уровень госдолга и комфортные процентные ставки позволяют поддержать экономику сейчас, заняв эти средства на рынке, и снизить удар для бизнеса и граждан.  

— Какие темпы экономического роста вы ожидаете в наступившем году? Какие угрозы для процесса восстановления экономики вы видите в 2021 году?

— Основная угроза – продолжение пандемии и трудности в проведении массовой вакцинации при усилении нагрузки на систему здравоохранения и необходимости новых локдаунов.  При этом «проехаться» на успехах программ поддержки экономик, реализуемых за рубежом, будет уже сложнее – они, кроме американской, обещают быть менее щедрыми, чем в предыдущих раундах. 

Поэтому вторая по значимости угроза – это слишком быстрое снижение расходов граждан и бизнеса. Но, судя по действиям Минфина, бюджетная консолидация отложена до начала восстановления. Если события пойдут по базовому сценарию, то в наступившем году мы увидим рост порядка 3,2% ВВП, однако с достаточно сложным первым полугодием. Необходимо осознавать, что этот восстановительный рост после большого провала недостаточен для того, чтобы вернуться к стартовому уровню. 

—  Когда экономика России может полностью восстановиться от коронавируса?

— Российская экономика в силу своей структуры достаточно инерционна. Это помогло ей меньше упасть, но это же и снизит темпы восстановления. Пока в базовом сценарии мы ожидаем выход на уровень теперь уже «золотого» 2019 года в начале 2022 года. При оптимистическом сценарии — к концу 2021 года. 

— Что будет с темпом роста цен в 2021 году? Ожидаете, что инфляция вернется к таргету ЦБ?

— Да, и достаточно быстро: мы ожидаем инфляцию в коридоре 3-3,5% большую часть следующего года. В том числе и потому, что, по опыту, цены на продовольствие достаточно подвижны. Экономическая активность остается подавленной, повышение тарифов растянуто во времени – поэтому у ЦБ будут поводы снижать ставку как минимум один раз, а при совсем слабом росте уйти ниже таргета. 

—  По вашим оценкам, где «дно» снижения ключевой ставки? Когда, по вашим ожиданиям, регулятор может начать повышать ключевую ставку?

Если экономика снова начнет рост, то, скорее всего, дно цикла мы увидим в феврале-марте на уровне 4% — таргета ЦБ. Если положение ухудшится, а инфляция будет низкой, ЦБ сможет уйти вниз на 0,25-0,5 процентного пункта, хотя сохранение регуляторных послаблений было бы более действенным. Судя по динамике инфляции и заявлениям самого ЦБ, повышения ставки можно ожидать не раньше начала 2022 года, что соответствует ожиданиям рынка.

— Инфляцию в России в большинстве случаев разгоняют три фактора – рубль, топливо и продовольствие. Какой у вас прогноз по курсу рубля на 2021 год? Сможет курс рубля укрепиться до 60 рублей за доллар, или, наоборот, пойдет к отметке в 80?

— Наш взгляд достаточно консервативен: если санкционная угроза, как это было в последние годы, окажется просто словами, а не делом, то привлекательность ставок по ОФЗ, подавленный импорт и восстановление цен на нефть до приемлемых уровней, скорее всего, вернут рубль на уровень июня 2020 года – то есть, несколько ниже 70 рублей за доллар. Укрепление рубля в направлении 60 рублей возможно только при очень оптимистичном взгляде на рынок нефти.

— Какие у вас ожидания от рынка нефти в наступающем году с учетом продления сделки ОПЕК+? По вашему мнению, насколько это правильное решение и когда странам лучше всего будет выходить из сделки? Как вы считаете, могут ли вырасти цены на бензин в 2021 году?

— Мировой рынок нефти сейчас находится практически на ручном управлении мониторингового комитета ОПЕК+. Последняя конфигурация соглашения об ограничении добычи нефти подразумевает в 2021 году ежемесячные совещания с возможностью изменения квот добычи не более, чем на 0,5 миллиона баррелей в сутки. Мы ожидаем, что участники соглашения, в том числе, Россия, будут принимать решения о расширении квот добычи, исходя из динамики восстановления мирового спроса на энергоресурсы, который, в свою очередь, тесно завязан на восстановление мобильности населения, нивелирование негативных эффектов ограничительных мер из-за пандемии, успешность и оперативность проведения вакцинации. 

Меры по ограничению предложения на рынке нефти, принимаемые в рамках ОПЕК+, закладывают фундамент ценовой стабильности и в целом выгодны для всех участников соглашения. Мы ориентируемся на среднюю цену нефти сорта Brent в 2021 году около 55-57 долларов за баррель. Что касается цен на бензин, то для конечного потребителя они будут относительно стабильными – мы не ожидаем роста цен выше уровня официальной инфляции. Это связано с тем, что розничный топливный рынок – социально чувствительный для государства, поэтому он, по сути, государством же неформально регулируется. 

— А что будет с ценами на продовольствие в 2021 году? 

— За 2020 год существенно выросли цены на основные сельскохозяйственные культуры, что было связано как с девальвацией рубля, так и с высоким экспортным спросом. Наибольший рост цен, которым как раз в последнее время сильно обеспокоено правительство, пришелся на сахар, подсолнечное масло и пшеницу. 

Цены на сахар с начала прошлого года, по данным различных ведомств, увеличились более чем на 60%. В последние годы объем производства сахара в стране значительно вырос и превышал внутренний спрос. В 2019 году цены находились на пятилетних минимумах, а переходящие запасы, напротив, на исторических максимумах. Чтобы избежать дальнейшего перепроизводства, сельхозпроизводителями были значительно уменьшены посевные площади сахарной свеклы. Кроме этого, снизилась и урожайность культуры. На фоне ожиданий по сокращению предложения и росту мировых цен произошел отскок от низкой ценовой базы 2019 года. На самом деле, с учетом текущих запасов, дефицита сахара не наблюдается.

Цены на пшеницу в 2020 году выросли примерно в полтора раза, а на подсолнечник — более чем в два раза. Увеличение мирового спроса и недостаточный объем предложения в моменте подстегнули экспортные цены на обе культуры. А ослабление рубля внесло дополнительные коррективы в рост внутренних цен. Также обсуждения по введению дополнительных ограничительных мер по экспорту способствовали ускоренному объему отгрузок, снижению предложения внутри страны и, соответственно, росту внутренней цены.

Дальнейшего бурного роста цен на эти культуры ожидать не стоит. В результате вводимых государством ограничений внутренние цены должны снизиться. 

— Одним из характерных признаков кризиса в 2020 году стал спрос россиян на наличные. Несет ли это какую-то угрозу для банков? По вашим ожиданиям, когда уровень наличных денег в обращении вернется на докризисный уровень?

— С начала 2020 года объем наличных денежных средств у населения и бизнеса вырос на 2,3 триллиона рублей, или на 22%, на 1 декабря общий объем наличных составил 12,9 триллиона рублей. Пиковые значения роста наличного оборота наблюдались в марте-апреле 2020 года — в период наибольшей неопределенности относительно масштабов распространения коронавируса, возможных ограничений и динамики курса рубля. Граждане, как и бизнес, активно выходили в кэш, в том числе, забирая средства с депозитов и вкладов, чтобы обеспечить себе запас средств на случай строгих ограничительных мер. Ноябрь стал первым месяцем 2020 года после начала пандемии, в котором происходило снижение объема наличных в обращении – вторую волну пандемии граждане и бизнес восприняли более спокойно. При отсутствии новых макроэкономических шоков и стабилизации ситуации с заболеваемостью коронавирусом, уже в первом полугодии 2021 года можно ожидать постепенного возвращения динамики объема наличных денег к стандартным показателям. Особенно, если запуск цифрового рубля будет быстрым и эффективным.

С другой стороны, малый бизнес активно использует наличные для обеспечения своих оборотов, и слишком большая активность в борьбе с ними может привести к сокращению рабочих мест в тех отраслях, которые и так сильно пострадали из-за пандемии. Поэтому очень важно не перегнуть палку.  Для банков же угрозу несет, скорее, не увеличение объема наличности в обращении, а «миграция» средств из депозитов на фондовый рынок и в недвижимость. 

— Говоря о «миграции» на фондовой рынок, по вашим ожидания, продолжится ли этот тренд? Нет ли здесь угрозы «пузыря» на данном рынке? Какие плюсы и минусы для экономики страны вы здесь видите?

— Мы считаем, что рост интереса физических лиц к фондовому рынку – это хорошая тенденция, способная внести существенный вклад в его развитие. Увеличение ликвидности на рынке позволит субъектам экономики занимать средства на развитие дешевле и в больших объёмах. Тем не менее, важно, чтобы эта позитивная тенденция не привела к нежелательным последствиям. Новые инвесторы проявляют интерес к активам повышенной категории риска, в том числе, к акциям, ради получения более высоких прибылей. В условиях негативной макроэкономической конъюнктуры есть высокий потенциал для обострения рыночного и кредитного рисков. При неблагоприятном стечении обстоятельств новые инвесторы на фондовом рынке могут потерять свои сбережения и разочароваться в инвестировании на бирже. 

Риски при вложениях на депозиты и при инвестировании на рынке акций несопоставимы. А потому процесс перетока денег из банков в рискованные инструменты фондового рынка – это потенциально почва для социального взрыва.  Поэтому мы последовательно выступаем за этичное продвижение финансовых услуг со стороны компаний сектора, прививание культуры инвестирования, повышение финансовой грамотности. 

И мы, как часть финансового рынка, со своей стороны призываем розничных инвесторов пользоваться доступной им информацией об эмитентах, в том числе, от рейтинговых агентств. И не пренебрегать критическим мышлением при выборе инструментов для инвестирования средств. По нашему мнению, начинающим инвесторам следует обратить внимание, прежде всего, на рынок облигаций — как на рынок наименее рискованных инструментов, выпускаемых прозрачными и устойчивыми эмитентами. Мы полагаем, что использование кредитных рейтингов и отчётов кредитных рейтинговых агентств позволит участникам рынка грамотно осознать риски инвестирования в тот или иной актив, что даст возможность не только не потерять свои средства, но и преумножить их.

— Переток сбережений россиян вызван во многом снижением ставок по депозитам вследствие снижения ключевой ставки ЦБ. Ожидаете ли вы дальнейшего снижения ставок по депозитам?

— Динамика ставок по вкладам в 2020 году обновляла исторические минимумы на фоне смягчения кредитно-денежной политики Банка России. При этом снижение ставок происходило в меньшем диапазоне, чем изменение ключевой ставки – с начала 2020 года средняя максимальная ставка топ-10 банков по объему вкладов снизилась на 1,5 процентного пункта, до 4,46%, а ключевая – на 2 процентных пункта, до 4,25%. Дальнейшего существенного снижения ставок по вкладам вряд ли можно ожидать – с учетом ускорения инфляции, к концу года реальная ставка по ним стала отрицательной. При этом вклады физлиц остаются значимым источником фондирования для кредитных организаций, лишиться которого банки не могут себе позволить. Однако тенденция перетока средств из вкладов на накопительные счета останется – данный инструмент дает банкам возможность гибкого управления процентными расходами, а клиентам – более широкие возможности накопления и расходования средств. Тенденция же массового перетока средств розничных клиентов на фондовый рынок в ближайшие годы все же ограничена – у большинства вкладчиков нет готовности и соответствующих знаний для инвестирования. Кроме того, Банк России пристально следит за тем, чтобы массовому инвестору не предлагались инструменты без защиты капитала, если у него нет понимания соответствующих рисков.

— С 1 января внедряется налог на доход с крупных вкладов. Вы оценивали, какую сумму средств может получить бюджет в результате введения данного налога?

— По нашим оценкам, бюджет может получить от вкладчиков порядка 80 – 100 миллиардов рублей налогов. НДФЛ будет облагаться совокупный процентный доход по вкладам в российских банках, выплаченный физическому лицу за год, за вычетом необлагаемого процентного дохода. Необлагаемый доход рассчитывается как произведение 1 миллион рублей и ключевой ставки Банка России, установленной на 1 января соответствующего года. Налог затронет преимущественно крупных вкладчиков. Для рядового вкладчика – а средний размер вклада на 1 октября 2020 года, по данным АСВ, составил 188 тысяч рублей – начисленные проценты будут меньше необлагаемого дохода, поэтому налог они выплачивать не будут. Хотя большинства российских вкладчиков введение данного налога либо не коснется, либо его сумма будет небольшой, данную новость рынок воспринял негативно, особенно на фоне общего снижения процентов по вкладам. Вместе с пандемическими настроениями это отразилось на динамике средств населения в банках в 2020 году – произошел переток части средств клиентов в другие инструменты сбережения, а также уход из банков небольших вкладчиков, в том числе, не разобравшихся поначалу в тонкостях введения и расчета налога.

— Как вы оцениваете состояние банковской системы России в настоящее время? Ожидаете ли вы, что проблема «плохих» кредитов может резко ухудшиться в 2021 году? Какие еще проблемы вы видите для банков в 2021 году?

— Меры господдержки, которые позволили отложить отражение в отчетности ухудшения качества кредитов, вкупе со смягчением денежно-кредитной политики позволили в 2020 году сгладить негативное влияние пандемии коронавируса на экономику и банковский сектор. Однако мы ожидаем, что основной негативный эффект от экономического спада из-за COVID-19 отразится на прибыли сектора в 2021 году — после завершения моратория на банкротство заемщиков-юрлиц и отмены послаблений по резервированию реструктурированных кредитов юрлиц и физлиц, объем которых превысил 5 триллионов рублей. 

Наибольшие риски увеличения резервирования в 2021 году мы видим в части кредитов юрлиц. Так, в связи со значительным объемом реструктуризаций из-за COVID-19, кредиты юрлиц 30 крупнейших банковских групп, отнесенные ко второй стадии обесценения, за первое полугодие 2020 года выросли на 1,3 триллиона рублей и достигли 13% портфеля кредитов юрлиц. При этом покрытие резервами кредитов юрлиц второй стадии находится на относительно невысоком уровне — около 9%. Поэтому данные ссуды могут потребовать значительного увеличения резервирования в случае, если по истечении срока реструктуризации заемщики не смогут обслуживать свои обязательства или их финансовое положение не улучшится.

По нашим оценкам, объем недосозданных резервов по проблемным кредитам банковского сектора составляет порядка 1,7 триллиона рублей. Необходимость в досоздании резервов по таким ссудам будет негативно сказываться на прибыльности сектора (вплоть до 50%-ного сокращения) на протяжении двух лет. При этом объем недосозданных на сегодня резервов не является критичным для банковской системы в целом. Однако отдельным банкам с невысоким буферным капиталом может потребоваться докапитализация.

Помимо этого, давление на прибыль банков в 2021 году окажет снижение уровня чистой процентной маржи в связи с дальнейшим уменьшением ставок по кредитам. Банки не смогут полностью компенсировать его за счет снижения стоимости фондирования, так как основной положительный эффект от удешевления ресурсной базы на фоне понижения ключевой ставки уже пришелся на 2020 год. Также негативное влияние на прибыльность банков может оказать ужесточение санкций со стороны США — в том случае, если оно приведет к ухудшению платежной дисциплины крупных заемщиков.

— А как проявит себя кредитование компаний и россиян в текущем году?

— В 2021 году кредитование юрлиц продолжит стагнацию или покажет слабоположительную динамику. В прошедшем году темпы роста кредитования юрлиц поддержала выдача льготных кредитов, однако это был разовый эффект.

При этом мы ожидаем оживления розничного кредитования. Ипотечное кредитование в 2021 году останется драйвером рынка: оно вырастет более чем на 10%, благодаря рекордно низким ставкам и госпрограмме субсидирования процентной ставки, продленной до середины 2021 года. Кроме того, банки будут стремиться нарастить кредитование в наиболее маржинальном сегменте необеспеченных потребкредитов, чтобы поддержать рентабельность.

— Многим ли банкам придется покинуть рынок в новом году?

— На фоне ужесточения конкуренции в банковском секторе, увеличения дефицита качественных заемщиков, неблагоприятных экономических условий, повышения требований к банкам со стороны клиентов в части уровня диджитализации бизнеса наблюдается тенденция к сокращению количества банков. Так, в последние несколько лет растет активность банков в совершении сделок M&A, все чаще происходит консолидация банков одной группы с целью снижения издержек. Небольшим и средним банкам все сложнее поддерживать приемлемые рентабельность и динамику бизнеса, а также расширять клиентскую базу. Кроме того, наблюдается увеличение регуляторной нагрузки. Поэтому собственники небольших банков пытаются выйти из банковского бизнеса путем его продажи либо добровольной сдачи лицензии. Мы ожидаем, что подобная тенденция усилится в ближайшие несколько лет. По нашим оценкам, не менее 15-20 банков в ближайшие 2 года покинут рынок в связи с присоединением к более крупным игрокам или добровольной сдачей лицензии. 

— Мы в интервью в основном говорили о том, что произойдет в 2021 году. А как вы считаете, чего точно не случится в наступившем году?

— Я бы ответил, что мир точно не станет более предсказуемым. Но одно можно утверждать точно, дефолта России не будет.

Источник: 1prime.ru

Оставить комментарий